Не прервется связь времен

7 марта Нине Павловне Кушеверской, исполнилось 80 лет. 40 лет она вела работу в музее боевой славы 275-й истребительной дивизии в гимназии № 406.

Военное лихолетье

Нина Кушеверская родилась в поселке Сусанино Гатчинского района. У них была небольшая, но дружная семья: бабушка Анна Ивановна Медведева, дед Владимир Васильевич Медведев, мама Нина Владимировна и мамин брат Михаил Владимирович. Когда началась Великая Отечественная война, Михаила сняли с границы Афганистана, где он служил, и направили на фронт — в октябре 1941 года он пропал без вести. Многолетние попытки узнать хоть что-то о его судьбе, ничего не дали. Отца Нина не помнит — мама, крутая нравом, рассталась с ним практически сразу после ее рождения. В 1941 году мама ходила на подготовительные курсы в стоматологический институт, но война прервала обучение, и она лишь успела окончить медицинскую школу, став фельдшером-акушером. Из страшных воспоминаний у Нины Павловны на всю жизнь врезался один день в августе 1941 года. Бомбардировщики кружили над Сусанино, разбомбили мельницу, но почему-то никаких звуков не было слышно — Нина запомнила, как мама, толкнув в канаву, закрыла ее своим телом.

В эвакуации они жили в городе Никольске Вологодской области. Люди отнеслись к эвакуированным не по-доброму, некоторые из них были ссыльными кулаками и, не скрывая, ждали прихода немцев. Семья оказалась на карантине по сыпному тифу, есть было нечего, даже печку топить было нечем. Тогда хозяин дома и мама сплавляла дрова через речку, а в ней плыла ледяная шуга. Мама заболела, ее донимал сильный фурункулез и высокая температура. Выздоровев, она продолжала работать акушеркой, иной раз, проходя по вызовам до 40 километров в день. Однажды бабушка узнала, что в город Шарья (в то время это был крупный железнодорожный узел) привезли деда из Ленинграда, который в блокадном городе работал машинистом паровоза в депо «Воздухоплавательный парк». Бабушка поехала за 170 километров, чтобы его забрать. Как она потом вспоминала, долго не могла найти деда в палате, там лежало множество, как ей показалось, покойников. И, наклонившись над одним из них, она еле услышала: «Анечка, это я». Деда привезли в Никольск, он был в тяжелом состоянии — представлял собой скелет, обтянутый кожей, а ему в то время было всего 46 лет. На улице — август. Овощи выросли на огороде, в лесу — ягоды. И все это богатство шло ему. Бабушка с мамой поставили на ноги деда за три месяца, и его признали годным для службы в армии. Он переехал в Шарью, где работал на паровозе, успев провезти военный эшалон на Курскую дугу. А уже после 27 января 1944 года деда вызвали в Ленинград, и он, в свою очередь, вызвал жену.

Осенью 1944 года мама с Ниной приехали в Сусанино, питались только тем, что привезли с собой. Дом был целый, но стоял совершенно пустой. Нина запомнила, что все время хотела есть. Когда приехал дед, он стал главным воспитателем, ведь мама все время работала. Он привез ленинградскую буханку хлеба. На всю жизнь Нина запомнила вкус этого хлеба, как зубы впивались в хлеб — такую вкуснятину больше за всю жизнь она не пробовала.

Выпускница школы в 1955 году
Выпускница школы в 1955 году

После войны

В Ленинграде сначала они жили у Воздухоплавательной станции на Московско-Ямском проспекте (ныне Камчатская улица), а потом переехали в Пушкин на Широкую улицу, в деревянный дом. Мама работала на железной дороге, а Нина в восемь с половиной лет пошла в первый класс в железнодорожную школу в Павловске. По ее воспоминаниям, в Пушкине в небольшом двухэтажном доме на Привокзальной площади (где теперь остановка 382-го автобуса) была касса, и там находился дежурный по вокзалу. Поезд ходил всего три раза в день, поэтому Нина ходила пешком в школу по Слуцкой улице (Павловскому шоссе). По дороге в школу везде она видела одни руины. Во втором классе Нина сильно заболела, после того, как заблудилась зимой в Павловске на Зареченской стороне и отморозила себе руки и ноги. На ней были чулки на резинках, летние сандалии, а за плечами — фанерный рюкзак. К слову сказать, в то тяжелое послевоенное время обуви по существу не было. Когда ей было 10 лет, Нине довелось раз в жизни увидеть своего отца. Они сидели на скамейке, и он заплакал, увидев, что она обута в мальчиковые ботинки с разваливающейся подошвой.

В 1947 году семья переехала в Ленинград, а в 1954 году снова вернулась в Пушкин. Десятилетку Нина окончила в 1955 году, на последнем году раздельного обучения в школе, которая находилась на углу Расстанной и Тамбовской улиц. Когда училась, она была очень активной. После школы она поступила в Педагогический институт на физико-математический факультет. В институте все ребята подружились, и Нина проводила для своих однокурсников экскурсии по городу. Специальность, которую получила Нина, в институте в шутку называли «физиоп» — учитель физики и основ производства. Поэтому их обучение проходило интересно, с посещением предприятий «Электросила», «Красный треугольник», Кировский завод и других. Во время обучения она ездила в строительный отряд. Два раза была на целине: один раз под Омском, другой раз в Казахстане. В Казахстане увидела бескрайние поля, по которым, как корабли, плыли комбайны. Пшеница сначала была розового цвета, а когда поспевала — золотого. Труд был очень тяжелый, Нина работала копнильщицей. Ели в поле, тут же на полевом стане в палатках жили. Очень плохо было с питьевой водой — ее привозили на самосвале! Когда девушки захотели помыться, им привезли цистерну из-под керосина.

После института Нина отработала три года в рабочем поселке Архангельской области. То время она вспоминает с особой теплотой, потому что там были сердечные люди: и директор, и учителя, и ученики. А после того, как вышла замуж и родила ребенка, Нина с семьей вернулась в Пушкин. Здесь деду дали квартиру на Привокзальной площади. Первая работа в Пушкине была в 22-м интернате, где ныне располагается Центр подготовки кадров ГВД. Затем по семейным обстоятельствам она сменила несколько школ, пока в 1976 году не пришла на работу в 406-ю школу. Вскоре ею вызвала директор Людмила Ивановна Иванова и поручила ей заведовать музеем боевой славы 275-й истребительной авиационной Пушкинской Краснознаменной дивизии. Музей существовал с 1968 года под руководством Александры Григорьевой Виноградовой. Нина Павловна хотела отказаться, но директор обязала ее взяться за эту общественную нагрузку.

Второй дом

Вначале было сложно. В то время были живы еще многие ветеранов 275-й дивизии. Они были и помощниками, и самыми большими критиками. На каждое 9 мая и другие праздники приезжало множество ветеранов, они шефствовали над каждым классом. Командира дивизии Александра Андреевича Матвеева Нина Павловна боялась как огня. Каждый год в музей приходили ученики разных классов, которые прирастали к нему до окончания школы. Нина Павловна говорит, что руководство музеем стало счастьем в ее жизни, а музей — вторым домом. Здесь она обрела настоящих друзей — ребят, которые так же, как она, полюбили музей, здесь она повстречалась с интересными людьми — бывшими ветеранами дивизии. 275-я дивизия ведет свое начало от 39-й истребительной авиационной дивизии, сформированной в 1940 году на аэродроме в Пушкине. В 1942 году дивизия получила новый номер — 275, а в 1944 году стала Пушкинской Краснознаменной. В 1970-е годы в школе еще училось много учеников, которые были детьми работников ремонтной базы и 20-го ремонтно-авиационного завода.

Были случаи, и не раз, когда благодаря материалам музея выясняли фамилии погибших летчиков. В записной книжке ветерана дивизии Трофима Ивановича Фролова, которую он передал в музей, ребята нашли заводские номера самолетов и моторов к ним. И когда в 1971 году были найдены останки летчика, погибшего возле деревни Зайцево, то по записной книжке определили, что это был Виталий Николаевич Кириллов. Его с почестями похоронили в деревне Верево, в братской могиле. Затем нашли останки летчика Александра Михайловича Белокопытова в болоте под Нарвой. А 9 мая 1992 года Нина Павловна и ее следопыты участвовали в митинге в Нарве, там передали капсулу с останками летчика его сестре. Участвуя в поисковых работах, Нина Павловна познакомилась со многими поисковиками. Например, у Михаила Алексеевича Маркова, сантехника из Гатчины, делом жизни стали поиски наших сбитых самолетов. Всего он нашел 50 истребителей, из них в 35 случаях были определены фамилии летчиков. Если самолет попадал в болото, то над ним образовалось «окно», которое много лет не затягивалось, и Марков с друзьями доставали оттуда детали самолетов. Общаясь с такими подвижниками, Нина Павловна заряжалась энтузиазмом сама и, в свою очередь, заряжала детей. С другой стороны, поисковая работа была и личным ее делом. Вспоминая послевоенные годы, она практически не помнит отцов своих одноклассников, однокурсников. Потому что у многих из них отцов просто не было. Слово «отец» в обиходе не звучало. «И работа в музее служила возвращению памяти погибших отцов, ведь пока о человеке кто-то помнит, он жив», — говорит Нина Павловна.

Неутомимая учительница

Каждый год 9 мая Нина Павловна вместе с ребятами ездит на митинг в Сосновку — на братское кладбище, которое располагается на бывшем военном аэродроме, где во время войны базировалась 275-я дивизия. Этой традиции уже больше 40 лет. Приезжают не только нынешние ученики, но и выпускники, например, Дима Пыжиков, который пришел в музей второклассником и окончил школу много лет назад. Они возлагают цветы к памятнику, к могилам летчиков: Героя Советского Союза Петра Яковлевича Лихолетова, Героя Советского Союза Александра Петровича Савушкина, командира 159-го истребительного авиационного полка Константина Порфирьевича Сокола. Каждый год здесь собирались ветераны-авиаторы. Одним из последних в мир иной ушел Владимир Михайлович Мухмедиаров. Сейчас в живых осталась только Инна Павловна Пащенко, служившая в управлении дивизии.

Все эти годы Нина Павловна много ходила с ребятами в походы, занимаясь поисковой работой. При музее был создан отряд «Поиск». Неоднократно ребята бывали в гостях у отца Константина Подкорытова, настоятеля храма Петра и Павла в деревне Ветвеник, что на Чудском озере. География их походов была обширной — от линии Маннергейма на Карельском перешейке до Бородинского поля в Подмосковье и дальше. Полюбили они ездить в Рождествено, подружившись с ребятами из местной школы. Обычно такие поездки проходили в начале июня.

Лишь когда Нина Павловна нашла себе смену в музее, в 2015 году она ушла на пенсию. Сейчас в музее продолжает работу Ольга Викторовна Сорокина, по профессии художник-реставратор. Ольга Викторовна с душой отнеслась к музею, что, конечно, радует Нину Павловну. Но и сейчас Нина Павловна часто находит время, чтобы прийти в школу, в музей. С большим удовольствием она приняла участие в работе жюри на последней конференции «Царскосельские старты». Многие исследовательские работы ей понравились, особенности о Герое Советского Союза Михаиле Федоровиче Шаронове и о 20-м авиационном заводе.

  Так не прерывается связь времен и сохраняется память — этим и живет Нина Павловна Кушеверская. 

Марина Орлова

Фото автора и из семейного архива