Магия стекла и цвета
Сергей ХВАЛОВ — один из немногих художников-витражистов Санкт-Петербурга. С 1991 года он занимается реставрацией и созданием авторских витражей. За это время он принял участие во многих выставках. Его нынешняя большая мастерская на Фонтанке состоит из нескольких комнат и помещения, где размещена печь. В коридоре развешены эскизы с предыдущих витражей. В одной из комнат стоят два световых стола, на которых производится раскрой стекла. Сейчас на них находятся работы студентов. Мы ведем неспешный разговор о витражах, об их истории и сегодняшнем дне этого искусства.
Сергея Александрович, когда вы поняли, что свою жизнь хотите связать с витражами?
— Во время учебы в Ленинградском художественно-промышленном училище им. В. И. Мухиной (теперь Художественно-промышленная академия им. А. Л. Штиглица) я увидел в запасниках Эрмитажа старинные витражи. Увидел и понял, что им можно посвятить всю жизнь. До этого метался: то хотел быть живописцем, то рисовальщиком. В случае с витражами, можно быть и рисовальщиком, и живописцем, и прикладником, и дизайнером одновременно. Вообще, стекло — это магический материал, он твердый и в то же время хрупкий. Витражи известны в Европе с X века. Их ставили в готических соборах, в больших общественных зданиях. Людей издавна завораживало стекло, его носили в виде амулетов, делали из него ювелирные украшения, которые по красоте своей соперничали с драгоценными камнями.
Статус родины витражей оспаривают Франция и Германия. Хотя недавно приезжали швейцарцы — они говорят, что у них хранится витраж VIII века с ликом спасителя. В средние века, которым присущ стиль готики, люди научились возводить огромные, сложной архитектуры соборы, устремленные ввысь. Украшали соборы огромные витражи, размещенные в оконных и дверных проемах, в алтаре, в иконостасе. Витражи были и в России во многих православных храмах. У нас расцвет витражей пришелся на конец XIX — начало XX века. Тогда Петербург застраивался доходными домами. Они стояли плотно друг к другу, образуя дворы-колодцы. И чтобы украсить эти дома, в окнах парадных и в дверных проемах ставили витражи. Революция 1917 года, война, разгром церквей в советское время не пощадили многие витражи. Все это привело к многочисленным их утратам, но многое и осталось. И мне, будучи студентом, захотелось открыть их для мира, по возможности атрибутировать, заняться их реставрацией.
Параллельно с работой по реставрации витражей много сил ушло на изучение технологии создания витражей старыми мастерами. Увы, до сих пор многое в этом искусстве остается еще неразгаданным. На пути исследования технологии создания витражей попутно узнал массу интересного. Например, вы знаете, как раньше до открытия алмаза резали стекло? Оказывается при помощи раскаленного металлического прута. Представляете, насколько была филигранная работа.
Расскажите, пожалуйста, о работах, которые вы сделали.
— С 1992 года я работал над восстановлением витражей Ново-Михайловского дворца на Дворцовой набережной. Там на витражах воссозданы великокняжеские гербы. Одной из первых работ также стала реставрация витражей на лестнице в доме на Ковенском переулке, там, где сейчас находится банк. Интересная была работа над витражами Юсуповского дворца, они дошли до нас с большими утратами. Над витражами уже потрудились советские реставраторы после войны. Но как они поработали?.. Просто сымитировали рисунок на стекле масляными красками. Но и за то им спасибо, что рисунок не пропал втуне. Конечно, эти масляные краски были заменены живописью на стекле, когда специальные краски наносятся, а затем заготовки обжигаются, и не один раз, в печи.
Прежде чем взяться за воссоздание витражей для церкви святого Александра Невского в Петергофе, больше известной под названием Готическая капелла, пришлось заново воссоздать технологию живописи на стекле. До этого никто ничего подобного не делал. Там витражи довольно большие, каждый 96 см в диаметре. Их было два: «Ангел молитвы» и «Ангел у гроба господня». Для музея-заповедника «Петергоф» были также отреставрированы кабинетные витражи XVI, XVII веков для дворца «Коттедж». Там было отреставрировано шесть витражей в неоготическом стиле, когда-то находившихся на половине императрицы Марии Александровны, супруги императора Александра II. Кстати, кабинетные витражи — это интересное явление, присущее для Западной Европы, которое особенно получило распространение в Щвейцарии. Тогда преуспевающие ремесленники — кожевенники, кузнецы — настолько процветали, что многие из них были пожалованы в дворянское звание. Вследствие чего появились новые гербы, и стали распространяться для украшения бюргерских жилищ витражи на религиозные темы с добавлением гербов. С одной стороны, благодаря этому витраж получил более широкое распространение, а с другой стороны — это своего рода упадок витражного искусство. Он как бы измельчал, стал применяться в камерном пространстве.
Я знаю, что вы также участвовали в создании витражей на станции метро «Парнас».
— Да, это была интересная работа. Станцию «Парнас» украсили витражи с сюжетами из греческой мифологии. Когда на ее открытии солнце осветило самый большой витраж с колесницей Гелиоса, то все словно на минуту ослепли. Руководил этой работой Александр Быстров, который возглавляет Мозаичную мастерскую Академии художеств.
А когда вы стали заниматься созданием авторских витражей?
— Скажем так, что реставрация витражей явилась отправной точкой в изучение их технологии, что дало возможность потом создавать и свои работы. Ведь что значит витраж? Есть много его разновидностей — если назвать самые распространенные, то это мозаичные, комбинированные (классические) и живопись на стекле
Я читала, что вас считают специалистом по созданию витражей в стиле живописи на стекле.
— Это довольно условно, потому что обычно в одном витраже могут использоваться разные методы. Могут быть использованы изначально стекла разной фактуры и цвета, и при помощи их составлен рисунок, своя мозаика. Могут быть расписаны отдельные части витража или все целиком. Но надо помнить, что для большого стекла с росписью требуется соответствующая печь. Нынешняя мастерская у меня уже третья.
Было время, когда я был директором фирмы, и под моим началом находилось более 30 человеком. Это было в конце 90-х годов. Тогда заказы текли рекой. Мы много работали и на частных заказах. Но сейчас в силу экономической ситуации, да и политической тоже, заказов стало меньше. Что-то делаю для церкви, работаю со студентами. С 2001 года я преподаю в Академии художеств технологию изготовления витражей при мозаичной мастерской.
Расскажите, пожалуйста, о вашей работе для Знаменской церкви в Пушкине.
— Это было в 2006 году. Период работы над этим заказом я вспоминаю с благодарностью. Как-то летом мы с настоятелем стояли в церкви и рассуждали, что хорошо было бы воссоздать запрестольные витражи «Спас в силах» с предстоящими фигурами Божией Матери и Иоанна Крестителя. Но мы понимали, что денег на это взять негде. И вдруг во время этого разговора в церковь зашел наш известный рок-музыкант Вячеслав Бутусов — он является прихожанином этого храма. Узнав, о чем мы говорим, он вызвался помочь осуществлению этой идеи. Работа пошла споро. Были сделаны эскизы, затем в натуральную величину — картоны, и только затем, после их утверждения, с картонов были сняты кальки, произведен раскрой стекла, нанесены стеклянные краски. Заключительный этап — обжиг в печи. Это обычный процесс работы при создании витражей. В процессе создания витражей мы сдружились с Вячеславом Бутусовым. Несмотря на его занятость, ему можно было в любую минуту позвонить по телефону, попросить помочь, если в чем-то шла заминка. В результате, в течение года алтарь украсил триптих. В создании витражей была применена комбинированная техника — иначе, исполнен классический витраж.
А сейчас над чем вы работаете?
— Одна из последних моих работ — это частный заказ для студии Никаса Сафронова. Работа была объемная, в витражах, исполненных в неоготическом стиле, можно было узнать самого Никаса. В 2010 году был создан витраж «Вознесение» для часовни-мемориала Всех Святых в земле российской просиявших в Московском парке Победы. К сожалению, сейчас у меня временный простой. В 2017 году должны появиться новые станции метро: «Дунайская», «Проспект Славы», «Шушары». В их оформлении будут использоваться витражи. Так, «Дунайская» должна быть украшена витражами с видами городов, стоящих на Дунае: Вена, Будапешт и другие. Смета на эту большую работу была утверждена еще в 2013 году, а деньги до сих пор не выделены. Они думают, что все сделают в последний момент. Нагонят кучу народа и слепят. Так называемые менеджеры не понимают, что создание витража — это сложный технологический процесс, на каждый этап требуется время. Требуется время на несение красок, а самое главное на обжиг, который проводится не единожды. Для витража все приходится закупать, начиная от стекол и заканчивая красками, включающие в себя окислы металлов, даже золото. А в нашей стране сейчас не производят ни красок, ни стекол!
Разве не осталось у нас стекольных заводов?
— Нет. У нас были заводы художественного стекла в Чудове, в Брянске, наш Ленинградский завод художественного стекла (ЛЗСХ) на улице Профессора Качалова. А сейчас ничего нет — все закрыто. Наш завод был закрыт по решению арбитражного суда в 1997 году. Что за этим стоит? А то, что история производства художественного стекла в Санкт-Петербурге в том году и закончилась. В начале XVIII века в окрестностях Санкт-Петербурга действовали еще Ямбургский, Жабинский, Потемкинский стекольные заводы. Позже великий русский ученый Михаил Ломоносов проводит четыре тысячи опытов, исследуя химические свойства стекла. На собственной фабрике в Усть-Рудице он варит огромное количество смальты с одной из лучших цветовых палитр в Европе для создания мозаик и стекляруса. С 1792 года в Петербурге появился Императорский стеклянный завод. Во время революции и гражданской войны завод прекратил свое существование. Но в 1940 году по инициативе скульптора, Веры Мухиной, академика Николая Качалова и писателя Алексея Толстого был создан Ленинградский завод художественного стекла. За годы своего существования появилось множество серийных образцов и авторских работ. Сейчас остался только музей ЛЗСХ в Елагиноостровском дворце-музее.
Если вернуться к разговору о витражах на будущих станциях в метро, то, закупая сейчас для витражей на валюту краски и стекло, оплачивая электроэнергию для обжига, мы в итоге за эту работу не получим практически ничего — только отобьем свои затраты. Грустно. У некоторых людей нет понимания, что создание витража — это трудоемкий и дорогостоящий процесс. Бывают звонки с просьбами сделать витражи в хрущевских квартирах. Конечно, можно сделать все, но нужно ли? Витраж в подобной квартире будет смотреться инородным включением. А потом, есть ли у вас столько денег, чтобы оплатить создание витража?
Как вы сами объясняете, что витражи существуют уже много веков и не теряют своей значимости и великолепия?
— Здесь можно много говорить. Но достаточно один раз взглянуть на витраж, причем все равно, что на нем будет изображено, чтобы изумиться игре солнечного света, освещающего этот божественный материал — стекло. А при искусственном освящении, когда на улице пасмурная погода, — изображение другое, но не менее красивое. Витражи — это не только создание рук человеческих, его души, но еще и природы, это магия стекла и цвета. Поэтому витраж будет жить вечно.
Беседовала Марина Орлова
Фото автора