История отдаёт долги. Ольга Таратынова - о брендах Царского Села

У Ольги Таратыновой, директора ГМЗ «Царское Село», 14 сентября — юбилей.

Музей она возглавляет всего восемь лет, но за это время отреставрированы Агатовые комнаты и многие павильоны екатерининского парка, открыты музей первой мировой войны в ратной палате, белая башня.

«Датский» принцип

АиФ-Петербург, Елена Петрова: — Ольга Владиславовна, у меня впечатление, что ваш музей - самый активный из всех петербургских, уж очень много успеваете реставрировать. За счёт чего такие успехи?

Ольга Таратынова: — Я и сама недавно задумалась: почему всё время так тороплюсь? У меня настрой — ничего не откладывать «на завтра», каждую неделю контролировать, что сделано.  Музей Первой мировой войны в Ратной палате мы сделали за четыре месяца — уложились в нереальный срок. Конечно, нам помогало министерство, и понятно, что делали «под дату» — к столетию начала войны. 

И хотя «датский» принцип принято осуждать — мне кажется такими возможностями нужно пользоваться.

— Вам помогло и 300-летие Царского Села, но ведь потом настали кризисные времена?

— Нужно быть подготовленным к любой ситуации. К примеру, чтобы получить федеральное финансирование на какой-либо проект, надо иметь полностью подготовленную документацию. И вот в министерстве возникает ситуация, когда нужно быстро освоить деньги. Музеи раскачиваются, а мы тут как тут: «У нас всё есть!» Тогда нам говорят: «Деньги дадим, но нужно уложиться в год». Понимая, что это нереально, всё равно соглашаемся и, действительно, делаем проект за год. А иначе на него ушло бы 
лет семь.

— Надеетесь на случай?

— Не совсем так, у нас ведь есть план, стратегические направления. Если говорить о реставрации, то сейчас пошли по пути отказа от воссоздания утраченных в Великую Отечественную войну интерьеров Екатерининского дворца. Решили направить деньги, ресурсы на Александровский парк. Вот Китайский театр — до сих пор без крыши, в руинированном состоянии. Стыдно, ведь после войны прошло уже 70 лет! И всё не было денег, не доходили руки — усилия направляли на Екатерининский дворец. Но если сейчас не обратимся к павильонам, то реставрировать будет уже нечего.

— Янтарную комнату открыли больше десяти лет назад, а интерес к ней всё растёт?

— Очень приятно иметь бренд, который знает весь мир. Когда за границей я представляю музей, то Екатерининский дворец знают не все. Но стоит сказать «Янтарная комната», тут же возникает интерес. Но есть у бренда и отрицательные стороны, некоторых туристов не интересует музей, они едут сюда, чтобы увидеть только Янтарную комнату.

Кстати, у нас беспрецедентное количество посетителей в этом году. Думали, что будет спад, поскольку европейцев приезжает меньше, но стало больше туристов из России и особенно из Китая. 

Потомки Романовых

— Откройте тайну, почему вашему музею, как никакому другому, постоянно дарят подарки?

— Действительно, что ни месяц, то подарок. Поток усилился после открытия Александровского дворца, который привлёк внимание Романовых, других потомков эмигрантов. Эти люди знакомы друг с другом и, видимо, рассказывают о том, что мы стараемся каждый дар сделать событием, о котором пишут, показывают в телевизионных репортажах. У нас со многими потомками постоянная связь, приглашаем в гости. Недавно собрание пополнилось фотокамерой Пьера Жильяра, учителя великих княжон. Этой камерой Жильяр делал снимки царской семьи.

— История отдаёт долги?

— Торжествует историческая справедливость, ведь наш музей очень пострадал в годы войны, мы лишились двух третей коллекций. Сами покупаем мемориальные вещи на аукционах, привлекаем благотворителей. 

— Недавно было опубликовано исследование, согласно которому русские работают хуже всех в Европе. Но я уверена, что наши музейщики — лучшие не только в Европе, но и в мире. При этом получают совсем не «золотые горы»?

— В последние несколько лет у нас планомерно поднимали зарплаты. Сейчас средняя по дворцу — 42 тысячи рублей, деньги вполне приличные. Иначе мы не смогли бы иметь хороших специалистов, начиная от научных сотрудников, заканчивая кровельщиком. Если зимой на крышу дворца поставишь неквалифицированного человека с ломом, это обернётся миллионами на ремонт. Снежной зимой хороший кровельщик — едва ли не главный во дворце.


«Золотые» кусочки

— Я обратила внимание, что не только здесь, в Царском Селе, но и в Петергофе и в Павловске, музеи-заповедники возглавляют женщины. Это случайность?

— Думаю, да, но мне кажется, что во всём мире давно идёт тенденция увеличения числа женщин среди руководителей. Видимо, у мужчин логика такая: ну ладно, отдадим им культуру, ну а основные блоки, конечно, оставим за собой.

— А есть среди «директрис» соперничество?

— Я бы не сказала, ведь музеи такие разные, в каждом свои особенности. У нас хорошие отношения, нередко советуемся по концептуальным вопросам. Так, сейчас снимают охрану, эта ситуация тревожит всё музейное сообщество, пишем обращения и письма. Надеюсь, ошибочное решение отменят, ведь только милиция может принять адекватные меры по ликвидации чрезвычайной ситуации. 

— Если говорить о чрезвычайных ситуациях, то насколько часто бывают акты вандализма? 

— Бывают. Вот классический пример: на Золотых воротах висит целый класс, фотографируются, отламывают кусочки, а рядом стоит учительница. На замечание она возмущённо отвечает: «Что же, детям нельзя и сувенир на память привезти!» Но всё-таки посещение музея хоть чуть-чуть поднимает культурный уровень.

— Вы надеетесь?

— Надеюсь, потому что сейчас музеи даже соревнуются по созданию детских центров. А какие интереснейшие программы! У нас такой центр работает в Белой башне, приходит много детей. Это гарантия, что они не будут отламывать «золотые» кусочки, а станут полноценными участниками музейного сообщества.

http://www.spb.aif.ru

Оставить комментарий

Комментарии: 0