Пушкин · Царское СелоЖурнал о городе и Пушкинском районе Петербурга
Городской калейдоскопЛюди · События · Интересы

Главная / Новости / 2014

Новости

Александровский дворец с Галиной Семеновой

Обновлено

Галина Викторовна Семенова относится к людям той профессии, которые призваны охранять культурное наследие. Этим она занимается всю жизнь. 30 лет она проработала в КГИОП, а в 2010 году пришла в научный отдел Государственного музея-заповедника «Царское Село», чтобы заниматься воссозданием Александровского дворца. Мы прошли с ней по залам дворца и приглашаем читателя на эту экскурсию-рассказ.

Немного истории

Новый дворец (впоследствии названный Александровским) построили в 1796 году по проекту Джакомо Кваренги для любимого внука императрицы Екатерины II — Александра Павловича. Однако больше любил этот дворец его брат император Николай I. Здесь он праздновал 25-летний юбилей своей супружеской жизни, здесь рождались его дети. Был дворец и свидетелем горя императора, когда умерла дочь Александра. В 1860 году здесь тихо почила его вдова — императрица Александра Федоровна. До 1880 года в правом флигеле проживала семья великого князя Александра Александровича, будущего императора Александра III. Но больше всего Александровский дворец был связан с последним императором — Николаем II. Для него и его семьи отделываются личные апартаменты в левом флигеле, так как он не хотел ничего менять в помещениях своего отца, в правом флигеле. Уже через две недели после свадьбы Николая и Александры, молодые приезжают в Александровский дворец. Впоследствии императорская семья избирает Александровский дворец местом своего постоянного пребывания. Здесь они проживут вплоть до рокового дня 1 августа 1917 года, когда императорскую семью в сопровождении верных слуг отправят в ссылку в Тобольск.

После революции во дворце открывается историко-бытовой музей. Инициатором его открытия стал Георгий Лукомский, а первым его заведующим Всеволод Яковлев. Причем, экспозицию Александровского дворца посещает гораздо больше людей, чем Екатерининского дворца. Главной задачей нового музея стало обличение царской власти. Обстановка дворца была призвана воочию демонстрировать пошлость вкусов царской семьи. В каждой комнате дворца помимо подлинных экспонатов были сделаны идеологические вкрапления: диаграммы о росте революционного движения, высказывания Ленина, выдержки из краткого курса истории ВКП(б) и тому подобное. Это было настолько неуместно, что один французский писатель, посетив Россию, отметил, что экспозиции с этими вставками смотрелись в высшей степени вульгарно и безграмотно. Постепенно музейные экспозиции уменьшались, уступая место детскому дому, дому отдыха для работников НКВД. А к 1931 году музея уже не было ни в правом флигеле, ни на втором этаже левого флигеля, где до этого располагалась музейная экспозиция, посвященная детям императорской семьи.

Пейзаж после битвы

Во время Великой Отечественной войны наиболее ценные экспонаты из Александровского дворца были эвакуированы в Сибирь и в Ленинград, где всю блокаду хранились в Исаакиевском соборе. За время оккупации города здание дворца получило значительные повреждения. Во многих местах была пробита крыша, а также стена в Угловой гостиной, из-за чего здание подвергалось воздействию внешней среды на протяжении нескольких лет. Тем не менее, здание оказалось менее разрушенным из всех пригородных дворцов Ленинграда. Уже в 1945 году крышу, как могли в то время, залатали, и здесь разместили Центральное хранилище пригородных дворцов-музеев Ленинграда.

В 1949 году к 150-летию со дня рождения А. С. Пушкина в левом флигеле и парадных залах дворца открыли экспозицию Пушкинского дома и Музея А. С. Пушкина. Для экспозиции был разработан проект архитектора Л. М. Безверхнего. Во время реставрации шла активная переписка между заказчиком, исполнителем проекта и Государственной инспекцией по охране памятников Ленинграда (ГИОП). Тогда это учреждение возглавлял Николай Николаевич Белехов. Высочайший профессионал своего дела, умеющий отстаивать свои позиции, он воспитывал у своих подчиненных стремление сохранять национальное культурное наследие. Его заслугой стало и создание в 1944 году научно-реставрационных мастерских, выполнявших работы по реставрации пригородных дворцов.

При создании экспозиции архитектор Безверхний стремился оставить во дворце только помещения с классицистической архитектурой, то есть парадные залы — Бильярдный (Мраморный), Полукруглый и Портретный. А личные помещения Николая II и Александры Федоровны в стиле модерн по его проекту должны были быть уничтожены. Тогда слово «модерн» было почти ругательным, синонимом буржуазной пошлости и низкопробной архитектуры, а высоким образцом считался классицизм. Поэтому и предлагалось окончательно уничтожить отделку Парадного кабинета Николая II и Кленового кабинета Александры Федоровны, чтобы на их месте воссоздать утраченный Концертный зал. Тем самым забывая одну из заповедей: там, где начинаются догадки, заканчивается реставрация. А кто знает, как на самом деле выглядел тот кваренгиевский зал? Ведь на сохранившемся иконографическом материале Концертный зал показан только после существенной переделки в середине XIX века. ГИОП настаивал на сохранении трех помещений Николая II: Парадного кабинета, Приемной и Мавританской уборной. Впрочем, это была уже компромиссная уступка ГИОП, поскольку вначале предлагалось сохранить все шесть интерьеров личной половины императорской четы, на тот момент еще существовавших.

Надо сказать, что защита интерьеров последнего императора тогда была делом трудным. Не надо забывать, какое было время и что за меньшее можно было подвергнуться репрессиям. Поддерживал сохранение этих интерьеров консультант проекта архитектор Всеволод Яковлев. Кто-то тогда написал анонимку в ГИОП, что нельзя отстаивать эти помещения. Белехов поставил следующую резолюцию на доносе: «Люди забывают историческую конкретность и ценность последней квартиры последнего русского царя». Если бы эта бумага пошла дальше, то ему, наверное, не поздоровилось. Но тогда среди работников ГИОП предателей не было. Коллектив был маленький, сплоченный еще во время блокады. В итоге, все же удалось сохранить два помещения Николая II: Парадный кабинет и Приемную. Отделку же из Мавританской уборной демонтировали с тем, чтобы, собрать на втором этаже, что впоследствии так и не осуществили из-за внезапного прекращения работ в 1951 году.

Военные во дворце

Реставрационные работы продолжались, из 15 млн руб., выделенных на это, было освоено 9 млн. Но в 1951 году последовала передача здания Министерству обороны. Как показала дальнейшая жизнь, это было трагедией для дворца, ибо тогда, в середине прошлого века, еще можно было вернуть к жизни подлинные интерьеры. Тогда как сейчас это будет частичным воссозданием. На два-три года владельцем здания стало военно-морское училище. А потом сюда переехал военный научно-исследовательский институт по проектированию оборудования подводных лодок. Тогда между этими переездами военных ГИОП сопротивлялся как мог — но силы были неравны. Работы в закрытом военном институте были связаны с постановкой различных опытов, даже с радиацией. Поэтому через все здание протянули вентиляцию, которая осталась до сегодняшнего дня. Ее можно увидеть, например, в Кленовом кабинете. В то же время военные — дисциплинированные люди. Они постарались — и отчасти им удалось — принять эффективные меры по сохранению дворца. Полукруглый зал использовался как конференц-зал, здесь стояла сцена. Во всех парадных залах сделали фальшпол, закрыли фанерой драгоценные камины, колонны также зашили. В Парадном кабинете Николая II создали комнату марксизма-ленинизма. Здесь проходили защиты диссертаций, различные закрытые мероприятия. Но, в основном, они не использовались. В Приемной русского императора работала библиотека, где интерьер старались сохранить. И хотя военные все-таки пытались снять дворец с охраны ГИОП — им это не разрешили.

Тем не менее, попасть в военное учреждение сотрудникам ГИОП не представлялось возможным. Но в конце 1980-х годов, когда финансирование военного института было крайне ограниченным, все-таки заговорили о смене хозяев дворца. Тогда и Галина Викторовна впервые смогла попасть в Александровский дворец и увидеть все своими глазами. Уже в 1990 году она написала историческую справку по дворцу. В то время во многих местах дворца протекала крыша. От этого страдали карнизы, лепка в интерьерах. Это все было результатом неправильно сделанной кровли сразу после войны. Поэтому в одном из помещений второго этажа даже появился шатер, чтобы штукатурка не падала на сотрудников, работающих за кульманами. Стало очевидно: чтобы сохранить этот памятник архитектуры, его надо срочно передать в ведение музея-заповедника. В 1997 году в левом флигеле открылась выставка «Воспоминания в Александровском дворце», но лишь осенью 2009 года произошла, наконец, передача дворца музею.

Настоящее и будущее

За эти несколько лет отреставрировали фасады здания, и главное, заново покрыли крышу. Кажется, действительно, у нас нет ничего более постоянного, чем временное — крыша, сделанная наспех в 1945 году, простояла не одно десятилетие… В 2010 году в Парадных залах провели реставрационный ремонт. Сейчас, в начале знакомства с музеем мы попадаем в Бильярдный зал. Если обратить внимание на проем, через который мы вошли, то увидим, что когда-то он был больше. Действительно, во времена Николая II здесь был большой зеркальный портал, который и собираются восстановить в ходе будущей реставрации. Вообще, в парадных залах многое осталось от времени Александра I и Николая I, а не только от Николая II. Сохранились исторические камины, подлинная облицовка стен и колонн из искусственного мрамора. Картины в Бильярдном зале: портреты императрицы Александры Федоровны — супруги Николая I, английской королевы Виктории, бабушки последней императрицы — те же, исторические. Картины работы Айвазовского так же висят в Полукруглом зале. А вот двери в этих парадных залах еще будут воссозданы из красного дерева. В результате предстоящей реставрации паркет в Полукруглом зале должен стать таким же, как и в других залах парадной анфилады. За Портретным залом следует так называемый Зал с Горкой. Здесь действительно когда-то стояла горка, с которой на специальных ковриках катались дети императорской семьи, начиная с будущего императора Николая II. Горка будет восстановлена. А сейчас этот пустой зал поражает своими огромными окнами и отделкой стен искусственным мрамором, сохранившейся еще со времен Кваренги. Их цвет — серый, розовый с прожилками — заиграет тогда, когда стены расчистят и заново отполируют. Через библиотечные комнаты проходим в Угловую гостиную. С этой комнаты начинается будущая мемориальная экспозиция, посвященная последнему императору и его семье. На одной из стен до сих пор видно пятно, несколько диссонирующее по цвету с общей окраской — след от снаряда, попавшего во время войны. Стены гостиной и сегодня украшают те же картины, что находились здесь сто лет назад, а на полу лежит исторический ковер.

В помещении, примыкающем к Угловой гостиной, экскурсоводы рассказывают о детях императорской семьи. Здесь будет воссоздан Кленовый кабинет императрицы Александры Федоровны. Он был создан в 1902 году и стал одним из лучших интерьеров в стиле модерн. Кленовый кабинет получил свое название от материала отделки — клена: мореного, полированного, серого оттенка. По проекту будущей реставрации, возможно, будет воссоздана и сложная лепнина в виде кустов роз на стенах и потолке этой комнаты. Палисандровая приемная императрицы — следующая комната, предназначавшаяся для официальных аудиенций и приемов. Вслед за ней — Сиреневый кабинет. Это, прежде всего, была комната для письменных занятий и чтения, где находилась личная библиотека императрицы. В кабинете была и соответствующая мебель: книжный шкаф, письменный стол, книжные полки. Кушетка, кресла были обиты шелком сиреневого цвета, а само дерево окрашено под цвет слоновой кости. Стены же были затянуты шелком сиреневого цвета. Здесь всегда было много цветов, в частности, сирени. Сирень была сортовая, получали ее из-за границы, прежде всего, из Франции и Германии, а до цветения ее доводили в дворцовых оранжереях. В интерьерах на половине Александры Федоровны растения, цветы играли существенную роль. Здесь были пальмы, кротоны, гортензии, азалии, розы, ландыши. Даже в убранстве Парадных залов пальмам отводилось видное место. Впрочем, о растительности во дворце можно говорить долго, этой теме посвящен доклад Галины Викторовны, который она сделает на предстоящей ноябрьской научной конференции в ГМЗ «Царское Село». После реставрации Сиреневый кабинет также предстанет в своем великолепии.

Следующая помещение — общая спальня императора и императрицы. В глубине залы находился альков с двумя кроватями. Всю стену в изголовье занимали около 800 икон. По русской традиции, иконы всегда были лучшим подарком. Царствующая чета последних Романовых получала их от близких людей, родных, от духовенства, представителей высших сословий, рабочих и крестьян. На видном месте, висела Феодоровская икона Божией Матери. Рядом находилась икона Спаса Нерукотворного. Икона была подарена в честь спасения цесаревича Николая, когда на него во время морского путешествия в Японии было совершено покушение. Иконы из этого помещения оказались в собраниях разных музеев страны, а частью были утрачены.

Пройдя одну из выставочных комнат и коридор, проходим на половину императора Николая II. Первое помещение этой анфилады — его Приемная. Здесь будет проведена щадящая реставрация — потребуется подправить, где необходимо, дубовые панели. Обивку стен темно зеленой тканью воссоздали во время реставрационных работ 1949 года. Она сочетается с подлинной скатертью, покрывающей стол. Далее идет Рабочий кабинет Николая II, который должен быть восстановлен, как впрочем, и уникальный интерьер его Мавританской уборной. Гардеробная Николая включает множество его подлинных костюмов. И последнее мемориальное помещение, в большей части сохранившее историческую отделку, — это Парадный кабинет Николая II. Кабинет стал декорацией для многих фильмов. Здесь необходимо удалить некоторые бутафорские детали, заменив их отреставрированными. Таким образом, в результате этой прогулки, можно лучше представить будущий объем работы по интерьерам парадных и личных комнат. В отношении других помещений Александровского дворца, как сказала Галина Викторовна, говорить конкретно еще рано. Реставрация затягивается.

О нашем гиде

Конечно, не могу не сказать несколько слов о самой Галине Викторовне Семеновой. Почти всю жизнь она проработала в научно-экспертном отделе КГИОП, курируя Пушкинский район. Как отмечает она сама, наверное, человек, которому суждено заниматься охраной культурного наследия, что-то приобретает в характере, что помогает ему выполнять свои обязанности. Результатом ее деятельности стало множество исторических справок, статей, нескольких книг. «Выполняла все, что от меня зависело», — скромно говорит она, вспоминая свой жизненный путь. Конечно, ее не устраивает, что с каждым днем в Пушкине все больше исчезает деревянных зданий. В 2006 году она написала предисловие к книге «Архитектура деревянных домов», в которую вошли все сохранившиеся на тот момент в Пушкине деревянные здания. Сейчас, через семь лет, их осталось уже гораздо меньше. А между тем деревянные дома придают неповторимый облик нашему городу — это определяет самоидентичность нации. Без нее не может быть народа, а значит и государственности. Как говорит Галина Викторовна, в советское время давила идеология, а уже более 20 лет — бизнес. И что лучше, а что хуже — еще неизвестно. К сожалению, извлечение прибыли идет в разрез с охраной культурного достояния. Пока, как считает она, бизнесмены не осознают, что нельзя строить высотное здание в охранной зоне, выискивая какие-то лазейки в законе и тому подобное. Они не понимают, что нельзя быть на своей земле временщиками, что надо что-то оставить для потомков… Поэтому и уничтожаются памятники архитектуры.

Не ушла Галина Викторовна и от ответа на вопрос, как она относится к строительству коттеджей в Баболовском парке. По ее словам, этой истории уже более 10 лет. Еще в бытность ее работы в КГИОП на них давили, чтобы на территории бывшего питомника «Лето» в Баболовском парке построить коттеджи. Тогда им как-то удалось отстоять парк. Теперь сотрудники КГИОП не решают, быть или не быть тому или иному объекту — это прерогатива экспертов. Вот почему стало возможным в памятнике садово-паркового искусства федерального значения строить коттеджи. Сейчас за Баболовский парк борются градозащитники и юристы. Может быть, все-таки удастся его отстоять.

А Галина Викторовна занимается тем, чем и занималась всю свою сознательную жизнь — пишет исторические справки, исследования, чтобы возродить к жизни тот же Александровский дворец или другой памятник архитектуры музея-заповедника «Царское Село». «Конечно, я нашла бы, чем заняться на пенсии, но без исследовательской работы своей жизни не представляю», — говорит она. Человек, который всю свою жизнь руководствуется принципом — выполнять свои функциональные обязанности как должно, а там будь, что будет.

Марина Орлова

фото автора